Все мы знаем Агнию Барто. «Наша Таня громко плаче»
«Идёт бычок, качаетс»
«Уронили мишку на пол» Эти стихи настолько прочно сидят в памяти, что мы уже даже не воспринимаем их как литературу. Их просто знают. Как детские считалки. Но сейчас мало кто , какая жизнь стояла за этим именем. И даже с самим именем всё оказалось не так просто Официально считается, что она родилась 17 февраля 1906 года в Москве. Так стоит в большинстве энциклопедий, так напечатано на юбилейных открытках, так повторяют биографы. Однако уже здесь начинаются загадки. По архивным данным метрической записи ковенского городского раввина, обнаруженной исследователями, настоящая дата может быть совсем другой: 4 февраля 1901 года по старому стилю, город Ковно, нынешний Каунас. Если это правда, она приписала себе не год, а целых пять лет и сменила не только имя, но и место рождения. Дочь поэтессы Татьяна Щегляева в одном из интервью назвала третью дату, 1907 год, объяснив, что мать прибавила себе год, чтобы устроиться на работу в голодные послереволюционные годы Имя при рождении, по тем самым архивным данным, Гитель Лейбовна Волова. Отец, Лев Николаевич Волов (в метрике Абрам-Лев Нахманович), ветеринарный врач, еврей, интеллигент, человек, читавший дочери басни Крылова на ночь и учивший её читать по книге Льва Толстого. Мать, Мария Ильинична (в девичестве Блох), занималась домашним хозяйством. О ней не известно почти ничего, и это само по себе красноречиво. Женщина, написавшая сотни стихотворений, в которых мелькают мамы, бабушки, тётушки, ни разу не упомянула собственную мать ни в интервью, ни в мемуарах, ни в стихах. В юности она вообще собиралась стать балериной. Училась в хореографическом училище, стояла у станка, танцевала.  А потом, на выпускном концерте в училище, примерно в 1924 году, случилось то, что определило всю дальнейшую судьбу. Нарком просвещения Анатолий Васильевич Луначарский приехал на показательный вечер. Юная Агния вышла к рампе и прочитала собственное стихотворение «Похоронный марш», мрачное, торжественное, трагическое. Декламировала строки о смерти с таким выражением лица, будто провожала в последний путь целую эпоху. Луначарский слушал, а потом рассмеялся. А потом сказал, что ей надо писать весёлые стихи. Наверное, трудно представить более обидный совет человеку, который в этот момент считает себя автором серьёзной поэзии. Но Луначарский оказался прав. Через несколько лет появились «Игрушки». Несколько строчек, которые пережили государство, в котором были написаны. Именно в хореографическом училище она встретила молодого поэта по имени Павел Барто. Они поженились в 1926 году. А 23 августа 1927 года родился сын. Его назвали Эдгаром, возможно, в честь Эдгара По, а дома звали Гариком. В свидетельстве о рождении, впрочем, записали Игорем. К 1933 году брак распался. Источники глухо упоминают творческую несовместимость, ревность мужа к успеху жены.Агния оставила себе фамилию мужа. В хронологии событий скрывается примечательная деталь. Дочь Татьяна от второго мужа родилась в том же 1933 году, когда был оформлен развод с Павлом. Отчество Татьяны, Андреевна. Отец, Андрей Владимирович Щегляев, учёный-теплоэнергетик, будущий член-корреспондент Академии наук. Значит, отношения с Щегляевым начались ещё до официального разрыва с первым мужем. Как задолго, неизвестно. В 1933 году родилась Татьяна. Стихотворение «Наша Таня громко плачет» было опубликовано примерно в 1930 году, за три года до рождения дочери. Совпадение породило устойчивый миф, будто строчки написаны о маленькой Татьяне Щегляевой. Поэтесса опровергала это неоднократно. Но кто знает, может быть, имя дочери было выбрано не случайно.⬇️